Конец русской сказки. Как утонула «Маруся». Почему русская команда Формулы-1 никому не нужна

AliExpress WW

Пока Жюль Бьянки четвёртую неделю сражается за жизнь, его команда «Маруся» фактически прекращает своё существование. Разберёмся, почему.
Конец русской сказки. Как утонула Маруся. Почему русская команда Формулы-1 никому не нужна — Фото

В минувшую субботу стало известно, что формально российская «Маруся» не поедет на Гран-при США Формулы-1, а значит пропустит минимум две ближайшие гонки. Объявление последовало через три недели после трагедии в Японии, в результате которой Жюль Бьянки без сознания продолжает сражаться за жизнь. Доктора надеются, что француз поправится, но для команды авария гонщика стала началом конца.

НАЧАЛО ШТОРМА

По «Марусе» колокол прозвонил ещё в апреле. Тогда стало известно, что Николай Фоменко больше не выполняет никаких административных функций, а российский производитель спорткаров к команде фактически не имеет отношения. «Маруся Моторс» был титульным спонсором команды, никаких разногласий с британским руководством коллектива у производителя не возникало.

Но когда стало ясно, что и на четвёртый год сотрудничества (пятый для команды) существенного прогресса добиться не удаётся, «Маруся Моторс» потеряла интерес. Сенсацией эти новости не стали, решение было ожидаемым — тем более с учётом того, что теперь автопроизводителю просто нечего было рекламировать.

Время шло. О Фоменко и «Марусе» особенно не вспоминали, однако реалии финансового кризиса в Формуле-1 постепенно выходили на первый план. Стало ясно, что желающих оплачивать потуги Бута и Лаудона не так уж и много. «Маруся» оказалась на вершине шорт-листа особо нуждающихся команд.
Тем не менее кое-как коллективу удавалось держаться на плаву. Её главным активом в последние годы стало сотрудничество с «Феррари»: в Маранелло «Маруся» закупала двигатели, а одной из её машин управлял протеже «Скудерии» Жюль Бьянки.

На Гран-при Монако, почти сразу после новостей о Фоменко, Бьянки набрал первые в истории команды очки. «Марусю» охватила эйфория: новые правила, казалось, позволяли даже аутсайдерам периодически цепляться за второй сегмент и лелеять надежду однажды попасть в очки. Но со времени той гонки «Маруся» к очкам не подходила и близко. Оставалось лишь дотерпеть сезон на девятой позиции Кубка конструкторов, получить бонусы от Берни Экклстоуна и привлечь хотя бы пару-тройку средних спонсоров, тогда по крайней мере следующий год «Марусе» был бы обеспечен.

Гран-при Японии всё изменил. Во время сильного дождя Жюль Бьянки вылетел с трассы, врезался в стоявший у отбойника эвакуатор и уже четвёртую неделю находится в коме с серьёзными повреждениями мозга. Авария стала главной темой следующей гонки — Гран-при России, ради которого изначально «Маруся» и создавалась.

КРАХ

В Сочи команда выступала одной машиной. В знак уважения автомобиль Жюля был приведён в полную боевую готовность, но замена француза стала бы кощунством. Тем не менее обсуждалось, что на Гран-при США «Маруся» за финансовое вознаграждение даст дебютировать в Формуле-1 местному гонщику Александру Росси.

Но найти этого вознаграждения Росси не смог. Американских спонсоров не привлекла перспектива расклеивать свои логотипы на автомобилях на фоне трагедии Бьянки, которая также напомнила о внезапной смерти Марии де Вильоты год назад.

С момента аварии Бьянки прошло три недели, и всё это время по понятным причинам команда думала о Жюле и его семье. И вдруг Берни Экклстоун лично объявил о том, что «Маруся» не выступит в США. Фактически это «время смерти».

ОСНОВНЫЕ ПРИЧИНЫ

По большому счёту, с командой «Маруся» ничего не случилось — коллектив просто оказался никому не нужным. Некоторое время всему паддоку не было никакого дела до аутсайдеров, заживших собственной жизнью. Громкие скандалы в «Мерседесе», попытки разморозки двигателей, контракты топ-пилотов — это были главные вопросы на повестке дня. Не помогло в сложившейся ситуации и случившееся с Бьянки.

Даже после революционных изменений в Формуле-1 «Маруся» осталась среди аутсайдеров. Партнёрство с «Феррари» так ни к чему не привело. В контексте курса Марко Маттиаччи «Скудерия» видит свой фарм-клуб в команде Джина Хааса. По крайней мере Маттиаччи и Хаас хорошо знают местный рынок и в свете раскручиваемого Гран-при США это хорошо.

В России, как и в Италии, на команду особенного внимания никто не обращал. Коллектив на протяжении всей истории базировался в Великобритании, ей управляли британцы и ничего общего у спорткаров и машин Формулы-1 не было. Кроме шильдика «Косуорт» на двигателях, но от него «Маруся» из Формулы-1 избавилась ещё в прошлом году.

За исключением флажка в телевизионных трансляциях и на некоторых пресс-релизах, российского в «Марусе» не осталось. Главной звездой отечественной публики по понятным причинам стал вундеркинд Даниил Квят. «Маруся» оказалась не нужна даже в России. Впрочем, многие болельщики продолжали «по инерции» болеть за «российскую команду», но каким-то образом использовать этот ресурс «Маруся» тоже не могла: были более насущные дела. Команда борется за выживание и молится за Бьянки — тут не до имиджевых промо-акций.

В какой-то момент всё пошло совсем не так, и не нашлось никого, кто обладал бы достаточной властью и желанием, чтобы навести в проекте порядок и устремиться в будущее. Как прежде это надоело Ричарду Брэнсону, так и «Маруся Моторс» постепенно охладела к проекту. Учитывая массу вопросов к российскому производителю спорткаров, от такой головной боли Андрей Чеглаков с удовольствием избавился. Собственно, варианта у него было два: или существенное увеличение собственных инвестиций (иного способа войти в число середняков, просто нет), или закрытие так и не выстрелившего проекта. Учитывая экономическую обстановку в России и мире, выбор был немного предсказуем.

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА СМЕРТИ

На данный момент комментариев от команды нет. Последняя новость на официальном сайте — сообщение о снятии «Маруси» в первенстве GP3 Series, а в Сочи пресс-служба вообще не вывешивала расписание общения как с Чилтоном, так и с руководством.

Команде нужно было протянуть всего три Гран-при, и там подоспели бы выплаты от промоутеров. Ещё за два дня до заявления Экклстоуна выяснилось, что «Маруся» не в состоянии оплатить двигатели «Феррари». При этом, в условиях нищеты команда находилась уже два месяца: в этот период единственными источниками финансирования оставались спонсоры Чилтона и Росси.

Коллектив в теории ещё может ожить, ведь Бут и Лоудон занимаются автоспортом с начала 90-х. Инженеры и механики также будут где-либо востребованы, и до недавнего времени этот коллектив представлял собой какую-никакую команду Формулы-1. До очков за исключением одного раза не дотягивались, но хотя бы добирались до места проведения соревнований и белыми воронами в паддоке не выглядели.

Правда, нужно быть оптимистом, чтобы рассчитывать на покупателя этого хозяйства. Сейчас в «Марусе» не так много ценного. Раньше команды выкупались просто ради попадания в заявку, но сейчас Экклстоун был бы рад любым энтузиастам. Сколь-либо навороченной базы или быстрых машин у «Маруси» нет, а серьёзная программа в молодёжных сериях так и не была развёрнута. Ценностью «Маруси» оставались лишь связи с «Феррари», но теперь сателлитом «Скудерии» становится уже упомянутый Хаас.

Есть шанс, что кто-то внезапно возродит «Марусю», но, похоже, не раньше следующего сезона. На данный момент команде через суд ищут нового управляющего. В любом случае, когда Жюль Бьянки придёт в себя, команды, ради которой он рисковал жизнью, наверняка уже не будет.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.